Суббота, 18 ноября 2017

Маслобойный завод Николая Полозова

Категория: Краеведение
Обновлено 07.04.2015 Автор: Светлана КУРЦАПОВА

Фотографии завода не сохранилось, но вниманию читателей можем предложить фрагмент плана города Рославля за 1913 год, сохранившийся в одном из фондов Государственного архива Смоленской области. Фрагмент плана дает представление о том, где находился маслобойный завод. К сожалению, пояснительная записка к плану не сохранилась. Располагался завод на Окновой улице (ныне Красина), на спуске от нынешнего здания редакция газеты «Рославльская правда» к речке Становке.
В конце 19 века Смоленское губернское земство проводило санитарное исследование фабрик и заводов губернии. Для этого была создана комиссия, которую возглавил деятель земской медицины Дмитрий Николаевич Жбанков.

Обследовав предприятия губернии, в том числе и нашего города, Жбанков опубликовал результаты исследований в книге «Санитарное исследование фабрик и заводов Смоленской губернии». Давайте вместе заглянем в нее и узнаем, что же он увидел на заводе.
Итак, 18 июня 1894 года Жбанков приехал на маслобойный завод купца Полозова. На момент осмотра комиссией маслобойный завод не действовал.  
Завод был открыт в 1882 году и принадлежал рославльскому купцу 2-й гильдии Николаю Александровичу Полозову. Работал завод всего 5-7 месяцев в году, с октября до начала весны. Перерыв на весенние и летние месяцы зависел от недостатка конопляного семени, трудностью сбывать конопляные жмыхи и его скорой порчи, а также недостаточного спроса на масло.

Завод находился в Рославле, в Соборном приходе, на Окновой улице (ныне улица Красина). С запада заводские здания выходили на Окновую улицу, на севере и с востока – на берег реки Становки. С юго-востока к ним прилегали огороды, а с юга прямо к заводу подходили жилые постройки соседних владельцев. Вся площадь, а это около ½ десятины (1/2 гектара), была обнесена забором. Расположена была на половине холма, имеющего довольно большой склон к реке Становке, отстоящей от завода на 35-50 саженей (приблизительно 70-100 м). Почва вокруг глинистая и довольно сырая, так как вся вода с горки протекала через завод.  Двор был грязный, а в некоторых местах стояли лужи загнившей воды.
Для производства воду брали из реки и колодца, который находился где-то посередине между заводом и рекой на довольно низком месте. Он был в деревянном, совершенно открытом грязном срубе, поросшем травой, размером 2 на 2 м. Около колодца всегда было грязно и сыро. В колодце был родник и из него постоянно бежал небольшой ручеек в реку. Для забора воды никаких приспособлений не было, и всякий черпал воду чем придется, поэтому вода в колодце была мутная, в воде плавали палки и всякий сор. По словам владельца, вода в колодце была солоноватая, потому в пищу не употреблялась, обычно из него поили лошадей. А для питья воду привозили из реки или колодца, который находился при доме хозяина.

Здания и мастерские
Завод состоял из 10 зданий: масляное отделение, мыловаренное, второе мыловаренное отделение с жильем для рабочих, бондарка (в ней изготовлялись бочки для масла) со спальней для рабочих, кузница, 2 сарая с конными приводами, амбар и навесы «для склада семени». Собственно из жилых строений была одна контора, где жили конторщики и рабочие. Кроме того рабочие жили в бондарке и комнатах при мыловаренном отделении. Имелись еще помещения для лошадей.
Каменное одноэтажное здание с подвалом и чердаком, крытое железом, занимало масляное отделение. Размеры маслобойной были 14 м на 10 м, высотой чуть более 4 м. «Стены каменные, полы деревянные, пропитанные маслом и очень грязные», хотя завод не работал по несколько месяцев. На заводе трудились не более 15 рабочих. Для вентиляции помещения использовали 2 форточки и 2 вытяжные трубы в навесе над жаровней. Для отопления служила плита, на которую ставили противни с семенем. Свет в помещение попадал через 3 окна размером и дверь, половина которой была стеклянная. Даже утром в маслобойной было темновато, а вечером включали 3 лампы.
Для производства использовали машины и приборы, довольно грязные и заплесневелые: «вальцевая машина, «медведь» (молотильный каток), два пресса, гидравлический насос и два ручных винта для выбрасывания жмыхов из прессов; жаровня для подогревания семени; плита, на которую ставятся три противня для поджаривания семени, над каждым противнем имеется весло, действующее приводом, для перемешивания семени во время поджариванья». Из масляного отделения можно было попасть в холодный сарай, куда относили жмыхи для упаковки. Из него же на чердак вела довольно крутая и неудобная лестница, а другая наружная лестница использовалась «для носки семени». На чердаке находился «ларь для ссыпки семени и под ним подставка, на которой семя очищалось от различных примесей». Несмотря на то, что для вентиляции имелась вытяжная труба на крышу, на чердаке всегда во время работы было очень пыльно, на что указывали стены, покрытые слоем в палец толщиной всякой пыли и сорных примесей. Местами этот сор свешивался в виде длинных волокон со стен.
Под масляным отделением находился подвал, совершенно темный. Пол в нем был земляной, грязный и сырой. Ходить можно было только по настланным доскам. Местами стояли лужи загнившей воды, которая стекала с горки и застаивалась в подвале. От нее по всему подвалу шел зловонный запах. В центре подвала под прессом стоял открытый чугунный бак, в который из прессов стекало масло. К этому баку подкатывались бочки для наливания в них масла.
По обе стороны масляного отделения находились два сарая – топчаки – конные приводы. Больший из них был устроен так, что по наклонному кругу ходили 4 лошади и своей тяжестью приводили его в движение. В меньшем две лошади вертели колесо посредством привода. Из него привод шел на гидравлический насос, а больший служил для всех машин.
Обыкновенная деревянная изба с пятью окнами служила бондаркой. В ней приготавливали бочки для масла и ящики для мыла. Внутри стояла русская печь, в которой готовили пищу для живущих в ней бондарей. Помещение было грязное. Постелями служили узкие лавки по стенам бондарки.

Кузница
Кузница представляла собой небольшое деревянное здание с одним горном. В ней главным образом происходила ковка лошадей.
Жилые помещения, как описывалось выше, находились в тех же зданиях и комнатах, где шло производство, и при конторе. При мыловаренном отделении находились две комнаты. Одна комната дверью сообщалась с мыловаренным отделением, и, следовательно, все пары и продукты производства проникали в эту комнату. Порой удушливые пары наполняли всю комнату, несмотря на то, что все окна и двери были открыты. Внутри стояла небольшая печь-голландка. Для сна одна нара. Спали там зимой два мыловара. Через сени от комнаты находилась вторая жилая комната, темная и тоже грязная, тоже с печью. Зимой там обычно жили три человека.
Деревянное одноэтажное здание занимала контора, в которой было две комнаты – спальня на 3-6 человек и кухня. Спали на нарах в два яруса. Здесь же стоял обеденный стол и русская печь.
Производство на заводе было масляное и мыловаренное, второстепенное – приготовление бочек для масла и ящиков для мыла. Валовой доход от обоих производств составлял 30000 – 50000 рублей в год.
Производство масла из конопляного семени  можно описать в общих чертах так. Коноплю приносили рабочие на чердак, ссыпали в закром, из которого она поступала на подсевочную машину, действующую приводом. Из нее конопля падала в масляное отделение в вальцевую машину, размалывающую семя. Из вальцевой машины семя падало прямо на пол и рабочие ведрами носили его на машину «медведь» или бегуны, где семя растиралось более мелко. Растертое семя ссыпалось на противни, находящиеся на плите; оттуда уже поджаренное семя укладывали в пеньковые кошели и помещали в два пресса, в каждый по 5 кошелей. Прессы приводились в действие гидравлическим насосом. В сутки проделывалось до 60 прессов.
Для всех машин использовали конную силу, только для переноски семени, выдавливания жмыхов, выкатывания бочек из подвала использовалась ручная сила. В сутки производилось 75 – 100 пудов масла, а за год – 5000 – 10000 пудов.
Заведовал заводом сын хозяина Александр Полозов.
Жбанкова завод поразил тяжелым положением рабочих и равнодушием хозяев. Никаких мер для устранения вредного влияния производства, кроме вентиляции, не принималось. Медицинской помощи от завода не было никакой.
Для рабочих не существовало никаких правил. На заводе работали в основном крестьяне из деревень. Они вынуждены были жить там же, где и работали. Жалованье составляло 5-8 рублей в месяц «на хозяйских харчах и 12-15 рублей на своих». Расчет производился еженедельно. На масляном заводе работали целыми сутками, кроме праздников, в две смены – с 12 часов дня до 12 часов ночи. Продолжительность рабочего дня составляла 11 часов с дневным перерывом на час в 6 часов вечера для полдника, а с ночным перерывом – в 6 часов утра для завтрака.
Вот так жили и трудились более 100 лет назад рабочие рославльского маслобойного завода купца 2-й гильдии Николая Александровича Полозова.  
На сегодняшний день от завода ничего не осталось, что могло бы напоминать о нем. Единственное, что сохранилось с тех времен, так это родники, которых много в этой части города, и потому там всегда сыро и грязно, как сто лет назад. На его месте стоят заброшенные кирпичные гаражи и другие развалившиеся постройки советских времен. Среди всего этого хлама в 2014 году разместилась частная компания «Стройдвор».

Литература:
В.Ерохов. Об одном обследовании // Рославльская правда. 1968.
Государственный архив Смоленской области (далее - ГАСО). Ф. 259. Оп. 1. Д. 265. Л. 2-3.
ГАСО. Ф. 573. О. 1. Д. 232. 1898.
Д.Н.Жбанков. Санитарное исследование фабрик и заводов Смоленской губернии. Смоленск. 1896. с. 207 – 212.


Вам необходимо зарегистрироваться на сайте.


© Рославльская правда 2012.
Использование материалов сайта в сети Интернет, в печатных СМИ, на радио и телевидении только с разрешения редакции.
При публикации материалов, ссылка на сайт обязательна.
Мнение редакции не всегда совпадает с мнением авторов публикаций.
За высказывания посетителей сайта редакция ответственности не несет.

Хостинг от SpaceWeb Яндекс.Метрика